Лучший из лучших

Голосование

Работа года
 

Полезные ссылки

Инструмент из Германии
Баннер
Баннер
made in Germany
Ошибка
  • Ошибка при загрузке канала данных.
1 Сизиф 2007

Антон Ананьев

ИГРУШКИ ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ

Мнение любого отдельного человека по какому-либо поводу субъективно. Совпадение субъективных мнений многочисленной группы людей трансформируется в мнение объективное. Количество переходит в качество. В основе этих процессов находится нечто неизменное, а именно – факт, в связи с которым все эти мнения возникли.

В основе этой статьи, безусловно являющейся субъективным мнением отдельного человека, как раз и лежит тот самый факт, который сомнений не вызывает. Итак, очевидно, что существует значительное число работ, сделанных довольно многочисленной группой мастеров Петербурга, которые можно объединить между собой на основе неких стилеобразующих факторов. Не все из этих мастеров однозначно оценивают себя и своих коллег по стилистике. Стройная и логично сформулированная концепция собственного творчества и подавно существует лишь у Ярослава Ксенофонтова и его коллег по “TERRA FABERUS”.

Таким образом, пытаясь проанализировать это направление камнерезного искусства, я как автор данной статьи вынужден делать выводы на свой страх и риск, тем самым пускаясь в своеобразную авантюру. Не являясь профессионалом эпистолярного жанра, я заранее приношу свои извинения всем мастерам и художникам, упомянутым на этих страницах, за допущенные умышленные и неумышленные неточности.

До сих пор в “блокированной миниатюре” существовал единственный широко распространенный стиль. Это – пресловутая лубочная стилистика “a la russe”- бесчисленная масса псевдорусских типов, которая давным давно превратилась в бесполезный, сковывающий движение вперед груз, к которому прикован весь жанр “блокированной миниатюры”. Творчески в этой стилистике не работают со времен Коноваленко. Все прочие стили и подстили в “блокировке” на сегодняшний день как правило замыкаются на одном единственном авторе, в редких случаях – на авторе и одном-двух его подмастерьях. Таким образом, факт существования иной, относительно распространенной стилистики, представляющей привлекательную альтернативу “a la russe”, по меньшей мере замечателен, если не уникален. Итак, существует некая стилистика. Как и в любой другой, в ней есть свои родоначальники и свои продолжатели, свои гении и свои олухи. Ее достоинства во многом недооценены, причем не столько со стороны публики, сколько со стороны коллег-камнерезов. В оценке, которую дают этому направлению камнерезного искусства мастера старшего поколения, наши “академики”, часто проскальзывают ироничные и пренебрежительные нотки. Не стану скрывать, что и сам я некогда скептически относился к его художественным достоинствам и лишь пару лет назад полностью пересмотрел свои взгляды. Ниже я постараюсь по мере своих сил воздать должное этому направлению, проанализировав его, проследив историю и выявив наиболее характерные его черты.

Для удобства изложения разберемся с терминологией, в частности – с наименованием стилистики, о которой пойдет речь. Подобрать определение, более или менее точно характеризующее предмет статьи, среди известных мне искусствоведческих терминов не удалось. Возможно дело в моей недостаточной эрудированности, возможно – действительно в отсутствии такового. Как бы то ни было, я был вынужден сконструировать его сам. В своих умозаключениях я отталкивался от следующих моментов. Период детства играет важнейшую роль в формировании психологической личности каждого человека. Те или иные вытесненные или любовно хранимые детские воспоминания, впечатления и т.д. сопровождают человека в течение всей жизни и многократно вновь переживаются под воздействием сложной, индивидуальной для каждого, системы различных образов, символов, объектов – таких, например, как книжные иллюстрации или игрушки. Строя свое творчество на этой базе, большинство мастеров, о которых пойдет речь, осознанно или неосознанно создают произведения, вызывающие у зрителя рефлексию на полузабытый мир детства, то есть, по большому счету, игрушки для взрослых – магические объекты, позволяющие взрослому снова стать ребенком. Исходя из вышеизложенного, я назвал это направление камнерезного искусства “делицизмом” (от лат. deliciae - игрушка). Ни в коем случае не настаиваю на окончательной и исчерпывающей форме этого термина. Если кто-то предложит более удачный вариант – милости прошу.

Прежде всего, совершим небольшой исторический экскурс – проследим генезис и эволюцию “делицизма”.

М. Комаров

"Часовщик" 2001г.

Первые признаки столь распространенной сегодня стилистики можно обнаружить в работах Михаила Комарова, мастера, обратившегося к “блокированной миниатюре” еще в середине 90-х гг. Ныне не часто появляющийся на выставках автор почти незнаком молодому поколению камнерезов. Десяток лет назад ситуация была иной. Так, например, некоторые работы Комарова (“Монах”, 1996 г.; “Джокер”, 1998 г. и др.) были приобретены Андреем Анановым и в связи с этим получили широкую известность, подняв тем самым статус автора до значительной высоты. Ряд фигур, сделанных Комаровым, в исторической ретроспективе вообще сыграл значительную роль в возрождении и популяризации “блокировки”, находившейся в те времена в состоянии своеобразного анабиоза. Достаточно сказать, что Ярослав Ксенофонтов, в свое время занимавшийся и живописью, и дизайном, и керамикой, по его собственным словам, к камнерезному искусству обратился во многом благодарязнакомству с творчеством Комарова.

Я. Ксенофонтов

"Конькобежец" 2003г.

В своих работах Комаров полностью игнорировал стилистику “a la russe”, активно шедшую в рост на “антикварных дрожжах” в Петербурге, и обратился преимущественно к литературным образам, которые подбирал исходя из своего собственного оригинального вкуса. Диапазон авторских исканий был довольно широк и простирался от реалистично трактованных фигур (“Монах”, “Мюнхгаузен” и др.) до концентрированного, доходящего до абсурда гротеска (“Горбун”, “Часовщик” и др.). Почти все фигурки имели функциональное назначение – в качестве “секрета” в них спрятаны часы, шкатулки и т.д. Характерной чертой большинства “блокировок” Комарова являлось использование яшмы грязно-желтого, “трупного” цвета при изготовлении элементов, имитирующих человеческое тело, что сообщало им мрачную, зловещую атмосферу. В целом, его работам был свойственен какой-то архаичный, первобытный характер, изобиловавший первозданной, необработанной силой, которая находила выход в таких смелых опытах, как изготовление пламени свечи из джамбульского халцедона….

Элементы “делицизма” в творчестве этого мастера несколько размыты, несфокусированы. Являясь скорее предтечей стиля, он угадал все его основные черты, но недостаточно гармонично сбалансировал их в своих работах. Тем не менее фундамент был заложен и требовался лишь талантливый зодчий, для того чтоб завершить работу. Он вскоре нашелся.

Я. Ксенофонтов

"Гонец" 2003г.

Стиль приобрел окончательную форму и достиг своей кульминации в работах другого петербуржца – Ярослава Ксенофонтова, а также его учеников и единомышленников, Антона Ге и Ирины Пролыгиной, объединенных Ксенофонтовым в творческий союз с красноречивым названием “TERRA FABERUS”. Первые опыты Ксенофонтова с “блокированной миниатюрой”, датируемые рубежом 1999- 2000 гг., еще носили на себе печать влияния традиций Фаберже – примером может служить фигурка “Стекольщика”. Однако уже в работе “Скрипач” (2000 г.) фактурно проявляются все характерные признаки авторской манеры – упор на выраженный “характер” персонажа, нарочитый гротеск, утрированность пропорций, значительное число состыкованных элементов. Фигурка имела ощутимый успех у публики, создавший благодатную почву для дальнейшей реализации автора в этом направлении. Последовал целый ряд композиций, который можно с уверенностью назвать классикой стиля – “Шут”, “Конькобежец”, “Ямайский мотив”, “Волшебница” и др.

Я. Ксенофонтов
"Шут" 2002г.

Работы Ярослава Ксенофонтова безусловно являются выдающимися художественными произведениями не только в узких рамках “делицизма” или “блокированной миниатюры”, но и для всего камнерезного искусства в целом. Основной платформой, на которую опирается в своем творчестве Ксенофонтов, по-видимому, служит западно-европейский фольклор позднего средневековья – отсюда легко читающиеся отсылки к сказкам Гофмана, Братьев Гримм и т.д. Сам мастер, слегка иронизируя, характеризует свой авторский почерк как “фламандский”. Все фигурки, созданные художником, отличает исходящая от них атмосфера какой-то легкой, прозрачной грусти, иногда деликатно оттененной мягким юмором. Индивидуальность пластических решений во многом объясняется использованием Ксенофонтовым глины в качестве материала для изготовления моделей.

Работы единомышленников – Пролыгиной и Ге, длительное время были для стороннего наблюдателя в целом трудноотличимы от творчества Ксенофонтова, изобилуя сходством пластических приемов, цветовой палитры и т.д.Однако на сегодняшний день каждый из них обладает оригинальным авторским почерком.

А. Ге

"Охотник" 2004г.

Период 2002-2004 гг. стал наиболее продуктивным для “TERRA FABERUS”. Группа активно экспериментирует, осваивая новые пространства. Появляются “блокировки”, в которых можно наблюдать попытки уйти от человеческой фигуры как основы сюжета ( “На вираже”, “Гонец” и др.), которые, тем не менее, сохраняют антропоморфно-карикатурный характер. Расширяется жанровый диапазон – появляются опыты в анималистике, тоже, впрочем “блокированной” (серия “Вороны”), и работы прикладного характера (серия мундштуков).
В этом, по-видимому, лучшем своем проявлении “делицизм” быстро обрел признание, как у зрителей, так и у коллекционеров. Тем не менее, спустя несколько лет “TERRA FABERUS”, включавший в себя на тот момент Ксенофонтова, Пролыгину, Ге и талантливого ювелира Тимофея Раскина, распадается вследствие сложной комбинации разногласий, что, впрочем, не сказывается на стилистике работ всех бывших участников союза.

К этому моменту “TERRA FABERUS” уже оказал значительное влияние на целый ряд мастеров Санкт-Петербурга, многие из которых до знакомства с “феноменом” тяготели к совершенно иной стилистике работ. Лавинообразная масса “блокировок”, созданных эпигонами “TERRA FABERUS”, за короткое время заполонила весь город. Разумеется, не последнюю роль в этом сыграл определенный коммерческий успех работ Ксенофонтова и Ко. Впрочем, нельзя объяснять моду на “делицизм” только “погоней за длинным рублем”. Некоторые из авторов оказались в дебрях этой стилистики во многом случайно, увлекаемые некой неодолимой стихийной силой. В качестве примера можно привести Владимира Путрина, чья работа “Арбалет” (2004 г.), отвечающая всем стилистическим канонам, для этого автора нехарактерна и является скорее исключением. С другой стороны многие из новоиспеченных энтузиастов “делицизма” привнесли в него свои собственные, индивидуальные пристрастия. Так, в работах Кирилла Виноградова получила отражение увлеченность автора японской культурой – тематика, модная в последние годы в Петербурге.

В целом художественный уровень работ нового поколения “делицистов” значительно ниже, нежели у прародителей стиля. Лица персонажей, в лучших работах Ярослава Ксенофонтова вызывавшие ассоциации с творчеством Брейгеля и Босха, девальвируются до уровня шаржа или карикатуры в духе журнала “Крокодил”. Сюжеты работ неуклонно дрейфуют в сторону “a la russe”. Отчасти это обусловлено отсутствием состоятельного покупателя и вытекающим отсюда недостатком финансовых средств, которые вынуждают авторов изначально создавать непритязательные, “дешевые” работы, отчасти – низким профессиональным уровнем, банальной нехваткой мастерства, что приводит к появлению работ скорее имитирующих “делицизм”, нежели действительно им являющихся.В результате намечаются тенденции к застою, которые выражаются в беге по кругу – появлении авторизированных и неавторизированных версий наиболее удачных работ. Тем не менее, можно уверенно констатировать, что в данный момент стилистика “делицизма” является, по крайней мере в количественном отношении, доминирующей в “блокированной миниатюре” Санкт-Петербурга.

В. Путрин
"Арбалет" 2004г.

Теперь попробуем разобраться – что же такое “делицизм” не в теории, а на практике? В чем он выражается непосредственно в работах? Однозначно очертить границы стилистики, учитывая их условность, довольно проблематично. Тем не менее, попытаюсь вкратце изложить наиболее характерные для “делицизма” признаки, которые свойственны, если не всем образцам стиля, то, по крайней мере, их подавляющему большинству.

“Делицизм” – стилистика, реализуемая почти исключительно в рамках “блокированной миниатюры”. Даже анималистика и работы прикладного назначения, весьма редкие в “делицизме”, носят полихромный характер. Несмотря на предпринятые мной длительные изыскания, я не обнаружил ни одной моноблочной работы, имеющей выраженные признаки стиля. Такой распространенный в камнерезном искусстве жанр как флористика тоже полностью игнорируется. Можно сделать заключение, что многоцветная палитра работы – неотъемлемая и обязательная черта “делицизма”.

Подавляющее большинство работ, которые относятся к данной стилистике, постигаются зрителем через призму детского мировосприятия, на основе ассоциаций, тянущихся к фундаментальным для ребенка объектам – в первую очередь, к сказкам. Выдающиеся произведения, такие как большая часть работ Ярослава Ксенофонтова, кажутся получившими объем и ожившими книжными иллюстрациями к какой-то гипотетической “Золотой…” или “Серебряной Книге Сказок”. Степень художественности этих “иллюстраций” различна – в лучших своих образцах она может сравниться с творчеством таких талантливых художников-иллюстраторов, как Е.М.Рачев, в худших – превращается в банальную карикатуру. Определенное число работ имеет прямые литературные корни. Примером такой “постлитературной” композиции может послужить работа Михаила Комарова “Скупой рыцарь” (2001г.).

К. Виноградов
"Японец" 2005г.

Произведения “делицистов” редко несут какой-либо скрытый смысл, зашифрованные метафоры, аллюзии и т.д. – они больше аппелируют не к уму, а к душевному началу, к эмоциям зрителя. Несомненно, в значительной части работ посыл находит своего адресата. Эта особенность не в коей мере не является минусом – работа, представляющая собой интеллектуальный ребус, часто демонстрирует уровень эрудиции автора, но не всегда – уровень его таланта.

Анализ стилистики в аспектах, о которых речь пойдет ниже, представляет особую трудность и наверняка спровоцирует споры. Тем не менее я решил изложить свои соображения, отметив лишь, что речь идет об общих тенденциях, а не только о работах мэтров.
Для значительной части работ свойственна сгруппированная, неразвернутая композиция, которую характеризует полное или практически полное отсутствие движения. Именно эта особенность и привлекает к “делицизму” мастеров, чья техника резьбы по камню оставляет желать лучшего. Ошибки, промахи, отступления от модели, как правило, не оказывают радикального влияния на результат. С другой стороны, в рамках этой стилистики сделан ряд работ, которые оригинальны именно своей композицией. Рекомендую интересующимся ознакомиться с работой Владимира Илюхина “Крыс-вратарь” (2005 г.), в которой автором применено невероятно смелое, просто ошеломляющее композиционное решение. Можно упомянуть работу Антона Ге “Мечтатель” (2004 г.), одним из элементов композиции которой был крытый черепицей дом (!), позже замененный каменной башней. Вообще, выстраивая композицию, “делицисты” не боятся экспериментировать, достигая, впрочем, спорных результатов.

И. Пролыгина
"Простор для фантазии" 
2006г.

Другой характерной чертой “делицизма” является своеобразный horror vacui, боязнь пустоты, - избыточное количество состыкованных элементов в “блокировке”, и, как следствие, часто невыразительная, “пестрая”, лишенная доминант цветовая палитра. Возникает ощущение, что авторы не в состоянии остановиться, неустанно нагружая работу множеством разноцветных элементов. Если в ряде случаев это оправдывается авторским замыслом, то в значительной части других вызывает недоумение.

Прозрачные и полупрозрачные камни практически полностью игнорируются “делицистами”. Наиболее широко используемым материалом являются различные сорта яшмы, которая, в сочетании с посредственной полировкой, усиливает эффект “пестроты” работ. Мастера, имеющие представление о культуре цвета в “блокированной миниатюре”, среди “делицистов” встречаются не часто. В первую очередь к их числу относятся авторы, получившие художественное образование. Можно отметить работу Кирилла Виноградова “Старик-японец” (2006 г.) – фигуру, очевидно удачную с точки зрения гармоничной цветовой компоновки.

Любопытных примеров декоративной отделки камня в “делицизме” сравнительно немного. Нанесение фактуры, матирование поверхности и другие подобные приемы встречается редко. Достоин упоминания очень интересный метод своеобразной инкрустации, который использует Ярослав Ксенофонтов (“Шут”, 2002 г.).

Ювелирная составляющая в “делицизме” носит выраженный “самобытный” характер, что, по-видимому, является несомненным достоинством. Традиционные ювелирные приемы практически не используются, будучи вытеснены наивными, дилетантскими разработками. Это создает оригинальную атмосферу, выгодно отличающую “делицизм” от всего остального камнерезного искусства, для которого часто характерна зависимость от ювелирных технологий в широком смысле слова. Иллюстрацией может послужить работа Ирины Пролыгиной “Простор для фантазии” (2006 г.), металл для которой собственноручно изготовил Ярослав Ксенофонтов. Это подчиненное по отношению к камню положение “ювелирки” в “делицизме” мне лично очень импонирует.

Исходя из вышесказанного попробуем подвести некоторые итоги. На уровне инноваций технического мастерства вклад “делицизма” в камнерезное искусство вряд ли будет велик. На первом месте в этой стилистике стоит не поиск новых форм и виртуозность исполнения, а внутреннее содержание и выразительность работы. Хорошо это или плохо – каждый решает сам. Оценить исчерпывающим образом историческую и художественную ценность “делицизма” на данный момент не представляется возможным. Такая оценка допустима лишь в исторической ретроспективе, видением которой я, как современник описываемого явления, не обладаю. Однако, принимая во внимание многочисленность работ, исполненных в этой стилистике – а сделано, по-видимому, более 60-ти композиций, их разнообразие и популярность у покупателя, можно с большой долей вероятности сказать, что это – явление не сиюминутное. Жизнеспособность оно уже доказало, отстояв свое место под солнцем в напряженной конкурентной борьбе. Наметившаяся стагнация не носит необратимого характера и вполне преодолима. Наконец, сам источник, из которого черпают вдохновение “делицисты”, практически неисчерпаем. Все это говорит о том, что у “делицизма” есть все основания сохранить свою актуальность не только сегодня, но и завтра.

Эмблема союза TERRA FABERUS

Аббревиатура расшифровывается следующим образом:

TERRA (лат.) земля-почва, земля-суша, земля-территория,

страна,мир людей (поэтич.).

FABER (лат.) художник, мастер, ремесленник, искусный,

мастерский, художественный.

RUS принятая во всем мире аббревиатура, обозначающая

страну - Россия.

Люди играют в игрушки всю свою жизнь, вот только игрушки с возрастом обходятся им все дороже и дороже…
В заключение еще раз отмечу, что особое значение имеет сам факт возникновения нового субжанра в “блокированной миниатюре”. Не так уж и важно, что привлекает мастеров к “делицизму” – искренний интерес или конъюнктурные соображения. Не так важно и то, какую художественную ценность имеет “делицизм” для камнерезного искусства в целом – исключительную или посредственную. Важно, что впервые за минувшие сто лет в “блокированной миниатюре” возникла и широко распространилась стилистика, к Фаберже прямого отношения не имеющая. Само по себе это событие является свидетельством того, что развитие, эволюция камнерезного искусства, пусть медленно, в час по чайной ложке, но все же происходит…

Февраль 2007г.

 

МНЕ НРАВИТСЯ!

Поиск по сайту

Галерея Сизифа

МЫ НА FACEBOOK!



Последние новости

Популярные

Новости OpenSpace

Блог Скурлова В.В.


Яндекс.Метрика
Besucherzahler Russian brides dating agency
счетчик посещений